Интервью с Владимиром Конкиным: Наши правители делают огромную ошибку, возвеличивая глупость
Блог им. tor

    В канун своего 60-летия народный артист России Владимир Конкин предельно честен и бескомпромиссен. В интервью «Фонтанке» юбиляр объясняет, почему «ящик» считает народ быдлом, но правители это поощряют, утверждает, что театр сегодня – отхожее место, а русский в кино – психопат и алкоголик, рассказывает, как справиться с новыми Крошками Цахесами и почему в «Месте встречи» перетянули одеяло на Высоцкого.

    — Вы подарили народу много незабываемых телевечеров. Интересно узнать Ваше мнение о современном телевидении. Кстати, сами-то телевизор смотрите?

    — Крайне редко. Можно перенажимать все кнопки и прийти в исступление. Сплошная пошлятина! Тенденция сегодняшнего телевидения — чем гаже, тем лучше. Поэтому мне хочется бросить в экран чем-нибудь тяжёлым. За то, что он глумится надо мной. Не уважает. Не любит. Не пестует. Он говорит мне, что я быдло, скотина, мразь. И что такая же мразь вокруг меня. Да и сам про себя «ящик» говорит, что он мразь. Ещё большая сволочь, чем зритель.

    Хорошие передачи, учащие людей добру с младых ногтей, сегодня не нужны, ибо они заставят человека задуматься о том, как он живёт. И как только человек поймёт, что он живёт более чем плохо, а последние 20 лет с помощью телевизора его так вообще превращают в обезьяну и дебила, то тогда недалеко и до всенародной бузы.

    — Интересное начало! Хотелось бы узнать, кто, по-Вашему, виноват в этой телевакханалии?

    — Наши правители, которые делают огромную ошибку, возвеличивая глупость. Власть поступила безобразно, спустив на людей эту свору телеразбойников, которые, кроме того, что унижают достоинство человека, не делают абсолютно ничего хорошего. Я недавно спросил одного такого «властителя» федерального телеканала в приватной беседе: «Тебе не стыдно, — сказал я ему, глядя прямо в глаза, — что на важнейшем канале ты показываешь одно дерьмо или шоу уродов, которое судят другие уроды, а третьи уроды потешаются?» «Володя, добро в твоём понимании закончилось на твоём Шарапове», — ответил он мне абсолютно цинично, и тоже глядя мне в глаза.

    — Кто это был?

    — Ну вот ещё, называть фамилию этого ублюдка. Зачем мне это надо? Тем более, что каша-то всё равно одна. Короче, как говорила Екатерина II: народ нищ, пьян, убог, сер, а чиновники воруют.

    — Хотелось бы уточнить: «правители делают ошибку» или сознательно насаждают разгул телепошлости?

    — Думаю, что прежде всего виноват уровень сегодняшних правителей. Я имею в виду большинство мировых лидеров. Потому-то они, кстати, и держатся вместе, ибо так легче делать свой обезьяний мир. В связи с этим культура, как инструментарий воздействия на людей, позволяющий впитать что-то возвышающее их над пошлостью и рутиной, правителям не нужна. Ведь чем человек возвышенней, тем сложнее им управлять. У Дени Дидро в «Племяннике Рамо» по этому поводу есть замечательные слова: «Каждый раз, когда при мне хвалили талантливого человека, похвалы эти вызывали во мне тайную ярость. Я завистлив. Когда мне сообщали какую-либо нелепость, подробности их частной жизни, мне приятно слушать, это сближает нас. И мне легче переносить моё ничтожество». Согласитесь, злоба дня. Правители всегда обманывали народ. На ум приходит тот же Дидро: «Нет ничего более полезного для народа, чем ложь. И ничего более вредного, чем правда». И это, конечно, очень печально.

    — Всегда так было.

    — Не всегда. Ещё при дворе Нерона были талантливые люди, которых, правда, время от времени травили цикутой и бросали со скал. А во времена Ренессанса каждый европейский монарх считал за честь украшать свой двор живописцами, скульпторами, музыкантами, пиитами, актёрами. И чем больше творческих людей было при дворе, тем культурнее, образованнее, цивилизованнее он был. Эти правители тратили на культуру большие деньги. Ведь культура всегда была вещью затратной. Я, конечно, не имею в виду сегодняшний Голливуд и шоу-бизнес, понятия нарицательные с точки зрения культуры и не имеющие к ней никакого отношения.

    — А разве спайка «звёзд» эстрады и «народных артистов» с депутатами, мэрами, генералами и миллиардерами — это не форма современного Ренессанса, в том смысле, который в него вкладываете Вы?

    — У нас не Ренессанс, у нас дичь! Возьмите полоумную, до женского экстаза влюблённость Бабкиной в Лужкова! Уж как она его любила! И как она тут же, словно ветреная особа, влюбилась в Путина, чтобы стать депутатом. Как только она видит денежных дядь у власти, у неё явно что-то происходит с организмом, она тут же забеременевает «бескорыстной» любовью. И таких господчиков от искусства очень много, потому что обслуживать власть очень удобно.

    Если бы вы видели посеревшие, вытянутые лица депутатов Мосгордумы, всех московских чиновников, когда выгнали Лужкова! Они не знали, как подступиться к новой начальственной заднице. Возникла огромная очередь, в первых рядах которой сидели те, кто больше всех изголодался. Не буду называть имена, но это люди очень известные, получившие громадный опыт по этим делам ещё в советские времена.

    Так вот они сидели в этой очереди, чтобы хоть чуть-чуть лизнуть. Хоть на вкус попробовать, какое у нового начальника это вещество. Поэтому для меня они Крошки Цахесы, хотя вряд ли об этом догадываются, потому что Гофмана явно не перечитывают. Почему у нас хроническое обожание к уродам-властителям? Потому, что народ не читает книжек. Зато сколько озлобленных, околпаченных дураков смотрят гнусности какого-нибудь Цекало?

    — Ваша первая цитата из Дидро намекает на то, что народ отчасти сам виноват в засилии дурновкусия, поскольку, согласно рейтингам, десятками миллионов потребляет эту продукцию?

    — Неправда! А куда им деваться? Что им смотреть?

    — Ну, если книги не читают, то хотя бы читали качественные газеты. Интернет опять же...

    — И газеты читать давно разучились. Да и писать их грамотно тоже. Многие корреспонденты не в состоянии отличить причастный оборот от деепричастного. А рейтингам я не верю по одной причине: на телевидении нет альтернативы. Даже на «Культуре» идут передачи то про бандитов, то какая-нибудь американская поделка, то фильмы про их актёров… Кроме того, важно помнить, что на территории нашей страны много районов, где ловятся только два главных канала: Первый и «Россия». Соответственно люди только их и смотрят.

    А чем заполнены эти каналы? Бесконечными шоу. На них что-то бесконечно готовят, жарят-варят. Одни и те же передачи про здоровье. Всё это мне, например, смотреть совершенно невозможно. А разноликость нашего зрителя никто не учитывает. Не учитывается моя индивидуальность. Мне нужно часами сидеть у телевизора, чтобы найти передачу, которую я буду смотреть без отвращения. Но, слава богу, я избавлен от этих поисков, потому что родители научили меня читать книжки, и я с этим занятием не расстаюсь.

    — Хорошо, Вы телевидение оставили в покое. А оставило ли Вас в покое оно и другие средства массовой информации? Переживаете, когда видите материалы о себе не очень приятного для Вас содержания?

    — Я очень переживаю за тех людей, которые это читают. Почему, например, на меня ополчилась всякая сволочь? Потому, что я труженик. Я — талантливый человек. И я имею право об этом говорить. 44 года я преданно служу Мельпомене. Миллионы людей относятся ко мне с благодарностью и вниманием. А вспомнят ли тех, кто сегодня разевает на меня рот, хоть через день после того, как их мясо отнесут червям? Никто не вспомнит! Недаром они изгаляются.

    Представьте, я с группой НТВ еду к себе на родину в Саратов, а в это время мне звонят из Москвы: «Володь, тут в газете вышла статья. Ты действительно в реанимации? Мы очень волнуемся!» Изумляюсь. А в газете, оказывается, написано, что 60-летний Володя Шарапов попал в реанимацию из-за того, что пил. И никакой подписи. Ну что за гадость?! Мне, к слову, и шестидесяти лет на тот момент не было. Я не пью, я не лежу в реанимации. Ложь на лжи.

    А постановочные ситуации, которые были заказаны уродами, вредившие мне и, главное, тем людям, которые меня любят? Смотрите, какой плохой Конкин! И показывать это 4 года подряд! Согласитесь, это не очень честно и не очень достойно. Но этим манкируют. Потому что продолжения-то нет, сериала не получилось. Ну а раздразнить хоть раз в жизни можно любого. При этом эти же самые люди не хотят замечать, что уже выросло поколение исколотых ручонок, которые имеют колоссальные деньги от своих воров-папаш и о которых СМИ почти ничего не сообщают. Они для них как херувимы. Почему их никто не ставит на место? Не подглядывает за ними, не фотографирует, не записывает? Потому, что сразу ручонки отрубят. А здесь над известным человеком можно безнаказанно глумиться.

    — Если Вы недовольны теми, кто нами правят, вступите в какую-нибудь партию, изберитесь в Думу. Чем не проторённая дорожка для сотен народных артистов?

    — Я независим по своей природе, поэтому у меня и не сложилась любовь ни с одной партийной организацией. А уж ходить под указкой какого-нибудь партийного дурака — извините. К тому же, бывало, выходил я несколько раз в жизни на сцену с каким-нибудь политическим деятелем, которого собирался поддержать на выборах и который опрометчиво думал, что я смогу помочь ему избраться. Начинал что-то говорить. Очевидно, в моей речи присутствовал какой-то пафос, юмор, некий интеллект, как раз тот коктейль, который публике и нравится. В результате два раза из пяти мои речи заканчивались тем, что люди собирались голосовать за меня, а не за этого политика. Приходилось объяснять, что на самом деле в депутаты стремлюсь не я, а он. А он сидел рядом оплёванный, вбухавший миллионы в эту кампанию.

    Кстати, впервые в партию меня пытались принять на XVII съезде комсомола ещё в 1974 году. Собрались поощрить: на фоне плачущего Брежнева первый секретарь ЦК ВЛКСМ Тяжельников должен был вручить мне партийный билет, хотя я на тот момент даже не прошёл положенный кандидатский стаж. Хорошо, что я об этом заранее узнал. Прибегаю в ЦК комсомола: «Правда, ребята?» «Да, Володь, всё уже согласовано». Наседаю: «Это невозможно. Представляете, сколько молодых парней и девушек, которые мечтают вступить в партию и для этого проходят кандидатский стаж, вдруг узнают, что я этого стажа не проходил. Они скажут: „Конкин — выскочка! Только-только сыграл Корчагина, а ему тут же такой приз!“ Нельзя этого делать. Иначе вы меня отъедините от молодёжи, которая едет строить БАМ». А так как «Как закалялась сталь», естественно, негласно была приурочена как раз к началу строительства БАМа, ко мне прислушались.

    Повторяю, я всегда был независим. В советское время наряду с Брамсом и Моцартом я, например, слушал «Лед Зеппелин» и «Битлз». Читал Достоевского и Сомерсета Моэма. До фильма, во время фильма и после фильма я носил длинные волосы, и при этом был делегатом XVII и XVIII съездов ВЛКСМ.

    — В пух и прах раскритиковав власть, Вы тем не менее не объяснили, как она должна себя вести по отношению к искусству и его представителям? Ну, например, по отношению конкретно к Вам?

    — Как и подобает власти. А если Медведев встречается не с Конкиным, а с «Камеди Клаб», он уже не власть. Почему бы ему публично не пожать руку мне, не сказать, что он воспитывался на моих фильмах? Что, не воспитывался разве? Воспитывался. Вместо этого он садится за руль «Чайки» и везёт Шварценеггера. Вози его, где угодно, но показывать-то это зачем?

    А какое у Медведева было заискивающее перед Шварценеггером выражение лица! Невозможно представить, чтобы Александр III сел на облучок и повёз каких-то там посланников. Сидел, как вы помните, рыбу ловил. «Ваше Величество, европейские послы пожаловали». «Пока русский царь ловит рыбу, Европа подождёт!» И говорило в нём в этот момент не чванство, а достоинство. И Запад знал своё место. А сегодня о нас все вытирают ноги.

    Оградить людей от пошлости искусство может, но если оно исходит от любви власти к такому искусству. По Белинскому, цель искусства — выращивать сильного и умного человека. Искусство нужно для бодрого народа, для его духа, для крепких семей. Мужчина должен быть рыцарем с цветами в руке, а не с презервативом и пулемётом. Сцена — это амвон, а у нас она отхожее место. Ведь сегодняшнее искусство, уже даже не эпатаж, а идеология. Чья рука осмелилась нарисовать фаллос на памятнике инженерного искусства, внесённом в сокровищницы ЮНЕСКО? А чья рука за это дала премию? Скажите мне после этого, в каком обществе мы живём?! Как не вспомнить после этого Гоголя: «Ну вот опять, англичанин живёт, немец мечтает, француз играет, а русский обезьянствует». Почему мы всегда обезьянничаем?

    — Сакральный вопрос: что же нужно сделать, чтобы лишить российский народ теленаваждения и вообще влияния псевдоискусства?

    — Всё очень просто. Если вы помните, секрет величия Крошки Цахеса, маленького урода-упырька, был в том, что ему в башку вставили три золотых волоска, которые стали распространять на людей дурман обаяния этого косноязычного, тупого, кривоногого ничтожества маленького роста. Все вдруг увидели его Аполлоном, ума палатой, гением. Лишь бедный студент Ансельм, чья очаровательная крошка-невеста Марта вдруг влюбилась в этого упыря, с помощью небесных сил понял, что надо вырвать эти три золотых волоска из башки Крошки Цахеса, чтобы все увидели, какой он урод на самом деле. Это сегодня ни на одно мало-мальски значимое собрание всех этих начпупсов не проникнешь, тебя прежде сто раз обыщут, а уж к власть имущему и на пушечный выстрел не подойдёшь, а во времена Крошки Цахеса всё было попроще и демократичней, поэтому Ансельму и удалось вырвать эти три золотых волоска у Крошки Цахеса. И у всех спали чары.

    А как иначе избавить общество от наваждения, когда тебе говорят, что всё хорошее и достойное — неформат? Что мы видим на экранах большого кино, которое, по моему мнению, как искусство уже давно не существует в России? Русский там — обязательно дебил, психопат, алкоголик. Если генерал, то обязательно в исполнении Булдакова. Булдаков озолотился потому, что современные режиссёры считают, что у нас должен быть именно такой генерал-дебил. Интеллигентного генерала в исполнении Стриженова или Конкина быть не может. Сегодня не нужны Шараповы-полицейские. Или Корчагины, которые в одной шинели будут строить светлое будущее.

    — Михаил Булгаков советовал ничего не просить у сильных мира сего. Пренебрегали когда-нибудь его заветом?

    — Приходилось. А что же остаётся бедному артисту, если у каждого сегодня своя кормушка. У начальника ЖЭКа своя вотчина, он там грабит народ, у начальника трамвайно-троллейбусного парка своя, в метро — своя. У всех всё расписано. У кого лес, у кого самолёты, у кого пароходы и так далее. А об искусстве забыли. Поэтому я и обратился как-то за поддержкой моему спектаклю в Министерство культуры. Но там один чиновник мне прямо сказал: «Володя, тебе помогать, это шаг вправо — шаг влево, расстрел. Ты же не государственный артист», — заявил он, имея в виду, что я уже 20 лет не служу ни в каком государственном театре. То есть народный артист России Конкин, лауреат трёх Государственных премий — не государственный артист, зато он — государственный чиновник. И ведь так мне ничем и не помог, хотя это и была его прямая обязанность.

    Мне помогли с этим спектаклем совершенно далёкие от искусства и, кстати, от бандитизма тоже люди, которых я знал по ЦК комсомола. Показал одному из них смету на спектакль, он с улыбкой спрашивает: «В долларах?» «В рублях», — отвечаю. И тут он начинает смеяться. Я думал, его сейчас родимчик хватит, так он смеялся, перекатываясь, как колобок, в своём кресле. Я попрощался и ушёл. На выходе из его офиса меня нагоняет его помощник и трепещущей рукой, тоже улыбаясь, суёт конверт с деньгами.

    — Ни той, ни другой ситуации в советское время, когда Вы и добились вершин своего телетворчества, быть не могло. Что для Вас жизнь в новой России в сравнении с временами СССР?

    — За те 20 лет, что не стало СССР, очень многие достойные люди сошли в могилу, а те, у кого были слабые нервишки или тонка кишка, стали холуями. Ведь жить-то хочется хорошо. Приглашая порой на свои спектакли столичных чиновников, я шесть раз из семи слышу примерно такие слова: «Спасибо, Володь! Жалко, моя жена не сможет прийти, она у меня с детьми постоянно на Кипре живёт». У другого семья в Германии. То есть деньги и семью туда, а сам здесь на раскладушке осуществляет власть. Недаром же в аэропорту Внуково-3 круглосуточно под парами стоят 300 частных самолётов, готовых улететь в любую минуту. Поэтому-то у нас частной авиации и больше, чем истребителей. Некого истреблять, обитатели этой страны скоро благополучно вымрут сами.

    Но до этого народ ещё и обдерут как липку. У меня, например, ощущение, что из всех моих карманов не вылазят немилосердные волосатые ручонки государства. Боюсь, что как бы в своей алчности они не оторвали мне причиндалы. Поэтому, кстати, никто из уехавших из современной России в Европу или Америку, а я там часто бываю и знаю, что говорю, не хочет оттуда возвращаться. Никто! Даже если там нет работы, а здесь есть. Сдают квартирушки в России, и на эти деньги живут там. Дожили!
    «В театре кто-то всегда вылизывает анальное отверстие директору, а кто-то художественному руководителю. А я никому вылизывать не могу — у меня язык шершавый».

    — Мы постепенно перешли к Вашим театральным делам. Давайте поговорим о ситуации в современном российском театре. Там тоже сегодня сложно?

    — Сегодня вообще оставаться в искусстве и служить ему правдой, как Дон Кихот, очень сложно. Если в сегодняшнем театре герой или героиня не спускают с себя штаны, то это уже и не спектакль. Можно ещё наложить кучу экскрементов на рампу. Что ещё? Осталось только резать человека на сцене. Хотя и это человечество уже проходило. Древний Рим и рухнул оттого, что все нравственные устои в нём были разрушены. Что такое бои гладиаторов? Это сражение двух несчастных людей, один из которых должен убить другого. И за это зрелище люди платили большие деньги. Так вот, уверяю вас, если сейчас в Доме кино, в зале которого тысяча мест, объявить, что на его сцене состоится первое в России публичное убийство, то этот зал будет забит битком, даже если билет будет стоить 1000 долларов.

    Поэтому, повторяю, когда я смотрю на этих уродов в телевизоре или на сцене, я понимаю, что рейтинги здесь ни при чём. Ведь даже ненормативная лексика в театре стала уже почти нормой. Господин Табаков, например, уничтожил МХТ, который всегда был форпостом культуры, нашим бастионом, на который, как и на Малый театр, ориентировались все театры страны. А как это иначе назовешь, если его ученик Серебренников ставит на сцене МХТ спектакль, где буквально мат на мате? О какой нравственной школе в этом случае мы можем говорить?

    — Что такое зависть в актёрской среде, познали?

    — Да при чём здесь актёрская среда! Ей грош цена в этом смысле! Вот если во власти завидуют, что тебя любят миллионы, а власть нет, то тогда это чувствуется. А вы почему-то упираете в мелко-цеховую ерунду. Мелко-цеховая ерунда присутствовала всегда. За кулисами театров кости хрустели во все времена. Поэтому-то у меня, кстати, и было 11 театров, а жена одна. И такое количество театров у меня обусловлено не тем, что я неуживчивый человек, а потому, что мне время от времени становилось неинтересным обслуживать какую-то компанию. Театр — это ведь всегда двухпартийная система. Кто-то вылизывает анальное отверстие директору, а кто-то художественному руководителю. А я никому вылизывать не могу — у меня язык шершавый. Лизну, и кровянка пойдёт. Кто ж после этого со мной дружить будет? Да и невкусно. Я же Дон Кихот. Дон Кихот — и корчагинский, и шараповский, какой угодно.

    — А нужны ли новые Корчагины сегодня?

    — Не нужны. Потому что Корчагин фанатично работал и фанатично любил свою страну. А, кстати, ведь уже тогда были бритоголовые, которые хотели хорошо жить любой ценой. Вспомните, в одной из серий такой бритоголовый предлагает Корчагину: «В канцелярию хочешь?» Тот отказывается. «А на продовольственный склад?» «Нет». «Слушай, ну ты и капризный товарищ! Я же не могу тебе пост наркома продовольствия предложить...»

    Кстати, в картине «Как закалялась сталь» было много смелых для того времени вещей. Она бы никогда не вышла на экраны в 1973 году, если бы не работник идеологического отдела ЦК КПСС товарищ Смирнов. Перед 7 ноября ему показали несколько кусочков нашего фильма. Он тут же захотел посмотреть его весь и просидел в зале 7 часов! Я — свидетель. После чего сказал: «Немедленно в эфир!»…

    — … а до этого Павка Корчагин сформировал Владимира Конкина?

    — Корчагин ничего мне не добавил, потому что главные черты этого героя были присущи мне с рождения. Да и вообще, не стоит думать, что роли что-то там добавляют в характер актёра. Напротив, они только здоровье у тебя отнимают. Вытягивают и рвут нервы. Если в тебе изначально нет определённых данных, ты ничего в кино не сделаешь. Если ты кривоногий, то оттого, что тебе дадут роль Давида, убивающего Голиафа, ноги у тебя не выпрямятся. Ерунда всё это!

    Другое дело, что, как писал Станиславский, — цитирую главную фразу из многопудья его системы: «Актёры! Будьте беременны ролями!» И вот если этой беременности нет, ничего стоящего не выйдет. Почему сегодня такое дерьмо в телевизоре? Потому что ужимки заменяют мастерство актёра. А ведь раньше была даже лицевая селекция актёров. Были характерные актёры. Я, к примеру, после окончания театрального училища, до Корчагина, играл Шмагу в «Без вины виноватых», Гаврилу в «Горячем сердце», пел, плясал, танцевал, но после Корчагина на меня повесили ярлычок: «Социальный герой».

    — В целом такая градация, как я понимаю, благо, но разве с Вами она не сыграла дурную шутку?

    — Конечно, Корчагин проехал танком по моей актёрской судьбе. Ведь был даже негласный приказ по Госкино СССР, отчасти перегрызший мне судьбу, в котором было написано: «Актёра Конкина не рекомендуется снимать в ролях, дискредитирующих образ Павла Корчагина». Это, по сути, был профессиональный смертный приговор. Тем более, я о нём долгое время ничего не знал. Всё думал: «Почему же меня не утверждают? Прошёл одну пробу, другую. Совершенно разные картины. Довольны режиссёры...» И из-под этого камня мне пришлось вылезать постепенно. Сначала снялся в «Аты-баты, шли солдаты» Лёни Быкова, потом «Кавказская повесть» Калатозова и так далее.

    Но молодым, на пике популярности, когда со мной отчасти считалась даже власть, а любили миллионы людей, конечно, я бы ни за что не поверил, что в будущем мне придётся заново доказывать свою состоятельность. Доказывать, что у меня за душой не только Корчагин и Шарапов, хотя я очень люблю эти картины, но и, например, роль в «Отцах и детях» по Тургеневу, за которую в 1984 году я получил Государственную премию, и многие другие роли в кино и театре.

    — Знаю, что Вы не очень любите эту тему, но, конечно, не могу обойти вниманием фильм «Место встречи изменить нельзя»...

    -… Кстати, а вы знаете, что и в романе, и в сценарии Шарапов был задуман как единственный главный герой? Так же, как Корчагин в «Как закалялась сталь». Остальные должны были появляться эпизодически. Но в «Месте встречи» таких героев оказалось два. Потому что, потом перетянули одеяло на Высоцкого. В титрах его выделили. А это было неправильно. Хотя, конечно, это дело этическое, тем более, что оно ничего не изменило. Уже прошло 30 с лишним лет после выхода этой картины, а люди по-прежнему подходят ко мне, жмут руки.

    А тех, кто сегодня тоннами выпускает кишки и льёт кровь на экране, кто-нибудь вспомнит через полгода? Их настоящие фамилии и сегодня-то никто не знает. Они никому не нужны, потому что ими движет исключительно рвачество. Потому что они всеми правдами и неправдами хотят усидеть на канале, сняться в сериале исключительно из-за денег, а не из-за какого-то там искусства. А я — человек другой формации. Вы не представляете, как я внутренне ликую и как мне хорошо, когда я своим творчеством доставляю удовольствие зрителю. Я устал, я мокрый, у меня последние волосы вылазят из черепа, но я счастлив, что смог кому-то «протянуть руку».

    — Мы беседуем в очередную годовщину смерти Высоцкого. В одном из интервью Вы упомянули о «своеобразной манере Владимира Семеновича жить на съемочной площадке и вне ее». Что имели в виду?

    — Это сейчас все всё знают, а я, полтора года работая с Высоцким, не знал, что ему были необходимы наркотики. Понятия не имел. Поэтому изумлялся перепадам в его настроении. С Высоцким мы никакими друзьями не были, да я и не стремился навязываться ему в друзья, потому что каждый раз было непонятно, с какой ноги он встанет. То он рассыпается, юморит, шутит, и всем, в том числе и мне, хорошо и весело. То, через две секунды, он становится злой и может наорать, послать и всё, что угодно. В этом смысле он был совершенно неуправляем.

    Кроме того, Высоцкий был избалован любовью съёмочной группы «Места встречи». Говорухин постоянно смотрел ему в глаза, как и вся женская половина. Но это не значит, что на съёмочной площадке этого фильма я чувствовал себя изгоем. Нет. Напротив, я был сильнее всех их вместе взятых. К тому моменту я уже был заслуженным, и всё у меня в этом смысле было в порядке. Меня угнетало, что не было дружбы, а я люблю, когда во время съёмок дружат. Тогда легче работается. А мне приходилось преодолевать все эти ненужные отрицательные эмоции. А это очень тяжело.

    — Читал, что Вы были одним из самых благополучных в материальном смысле советских актёров?

    — Моя семья всегда была обеспеченной, и я никогда не занимал денег потому, что с утра до ночи крутился как белка в колесе. Хотя, хочу особо отметить, при этом не снимался в плохих фильмах. Большие деньги я получал за мои творческие встречи, на которых всегда были аншлаги. Я занимался этим 30 лет! Изъездил страну вдоль и поперёк. У меня никогда не работала супруга, с которой мы прожили 39 лет и которая недавно ушла из жизни. Для меня это страшнейшая трагедия. Я вырастил троих детей. Сегодня у меня пять внуков. Так что, если кто-то думает, что Конкин прошагал по жизни с песней, это будет несправедливо. Это значит, ничего не понимать в моей жизни.

    Я максимально ответственный человек, трудяга, волевой и собранный. Умею распоряжаться своими прихотями. Поэтому и жил всегда достаточно хорошо. Мы, артисты, много раз сидели-бражничали, но только Конкин в 8 утра был в рабочем состоянии, стоял перед камерой и работал. После Корчагина я купил себе чёрную 24-ю «Волгу», которая тогда была, как сейчас новейший «Мерседес». Потом у меня появился «Вольво», когда их было всего-то 5 штук на весь Советский Союз. Кстати, лет 20 я практически не показывал гаишникам свои права…

    — … что, надо думать, было показателем Вашей всенародной популярности. Довелось проснуться знаменитым?

    — После первой же серии «Как закалялась сталь». Я шёл по переходу от прабабушки, которая жила у Кутафьей башни на Манежной площади. Навстречу девчонки-школьницы. Ноябрь месяц. Я в пальто, в шапке. И вдруг эти девчонки начинают спорить: «Он? Не он! Да нет же, точно он!». И от их слов мне стало жарко. Я снял шапку, расстегнул пальто. И запомнил этот момент на всю жизнь. А дальше такие ситуации в моей жизни стали общим местом.

    Издержки славы настигали меня практически всю жизнь. Помню, в гримёрках разных театров, где у меня были спектакли, стали пропадать мои перчатки. Какое-то наваждение. Долгое время я думал, что стал просто-напросто рассеянным, и их теряю. А потом одна директор Дома культуры мне всё объяснила: «У вас их поклонницы таскают на память». (Смеётся).

    — Многие актёры бывают недовольны издержками славы, да и славой вообще.

    — Я ни в коем случае ни к кому не в претензии! Я не кокетка. Внимание — это награда труду. Почему многие бездарности эпатируют публику? Потому что в ином случае на них бы никто не обратил внимания. Ведь масса актёров не умеет ничего в том, за что взялась. И если бы не их постоянные скандалы, бракоразводные процессы, дебоши и прочие мерзопакостные вещи, они бы были никем. Я ж говорю, Крошки Цахесы. Поэтому я советую вашему читателю перечитывать классику. Она откроет вам глаза на сегодняшний день, как студенту Ансельму.

    К примеру, называть звёздами деятелей шоу-бизнеса, смешно. Потому что дальше Жмеринки они на фиг никому не нужны. Поэтому говорить о них, как о звёздах, неприлично. Но неприличие у нас сегодня, это же достоинство. Я бы о себе, как о звезде, никогда бы не осмелился сказать, а если бы так сказали другие, то, как мазохист, съел бы себя от позора. А этим, как с гуся вода. Ну, а за ними, естественно, следует вся эта шелупонь, которая вообще ничего из себя не представляет. Ни в чём! Ни как люди, ни как артисты. Послушайте, как они говорят. Сплошное косноязычие, как и у наших политиков. А как может быть иначе, если в башке только деньги и желание урвать свой кусок.

    — Но отрицать звёздную болезнь как таковую даже у прирождённых актёров Вы же не станете?

    — Не стану. Но у меня её не было. Хотя слава ко мне пришла и резко, и рано — в 22 года, а вслед за этим я ещё сразу же получил и звание заслуженного артиста. А избежал звёздной болезни я потому, что Завадский в это время пригласил меня в театр Моссовета на роль Раскольникова. А там, когда ты работаешь в коллективе, где Плятт, Марецкая, Любовь Орлова, Раневская — воистину «могучая кучка», попробуй заболеть звёздной болезнью. Эти люди учили нас, что если ты начнёшь задирать нос, то тебе быстро могут выкопать ямку, поэтому лучше оставаться здоровым и смотреть под ножки…

    -… и старших уважать?

    — Естественно. Помню, мы, самые молодые с Игорем Старыгиным актёры, по хлопку лифта на верхних этажах научились отличать, кто пришёл: Раневская или Орлова. Или Плятт. Который, входя в буфет, восклицал своим знаменитым голосом: «О! Володенька! Теперь мне будет с кем посидеть», — и звал буфетчицу. Та, зная привычки великого актёра, приносила Ростиславу Яновичу к кофе рюмочку коньячку. „И Владимиру Алексеевичу“, — говорил Плятт. Он всегда обращался ко мне по имени-отчеству, несмотря на то, что мне было всего 22 года.

    — Вернёмся к началу нашей беседы. Вы камня на камне не оставили от отечественного телевидения, вернее, от его нынешних форм. Но, быть может, всё не так уж и плохо, а камедиклабы просто-напросто современная форма сатиры, которая была в любые времена?

    — У нас нет никакой сатиры вообще! Есть только хохмление под фонограмму „ха-ха“. Сатира предполагает критику. В этом смысле она была в Советском Союзе. Да, Райкину было не просто, но сатира, повторяю, тогда была. А сейчас нет. Вместо сатиры, какие-то непонятные персонажи: дядьки — все тётки, и наоборот. Гермафродиты, одним словом. И это печально. Но при этом, я уверен, что ещё при жизни увижу новую зарю в искусстве. Потому что без него наши люди захрюкают.

    Посмотрите на лица людей, которые пришли сегодня в Дом кино, где мы с вами беседуем. Среди них много молодых. И на их лицах я вижу ожидание. Значит, им не совсем противно, они надеются увидеть что-то интересное, хотя внизу и не висит афиша „Сегодня в нашей программе крупным планом голая задница Пугачёвой“. Значит, это и есть те не учтённые рейтингом зрители, которые ждут от искусства чего-то светлого, хотя я, честно говоря, даже не знаю, что им сегодня будут показывать. Может, „Броненосец “Потёмкин». Или какой-то другой «неформат».

    — Как лично Вы учитываете этих людей в своём сегодняшнем творчестве?

    — Если не учитывать этого, самого дорогого, быть может, зрителя, вымирающего сегодня как динозавр, это очень дурно. Поэтому вся моя работа сегодня посвящена этим людям. Они приходят на мой спектакль не надрывать животики над пошлыми шутками, а сопереживать и радоваться вместе с героями. И пока я жив, и Господь даёт мне, несмотря на все мои трагедии, какой-то внутренний стержень, я не согнусь. А согнуться, честно говоря, есть от чего. Если бы я сегодня сел и призадумался, как мне живётся, я бы уже, наверное, с дивана не встал.

    — Не преувеличиваете?

    — Ничуть. У меня, к примеру, врождённый порок сердца, один клапан вообще не работал, а три года назад мне сделали тяжелейшую операцию, поставили искусственные клапаны. А это вам не ого-го-го! Меня запросто могла надломить моя личная трагедия — болезнь супруги, унесшая её в могилу. Но сидеть на диване у меня нет времени. Я постоянно в работе. Я обещал своей покойной жене сделать спектакль в её память, поэтому считал долгом чести сдержать слово. Кроме того, несмотря на всё сумасшествие сегодняшнего дня, я не разочарован своим делом. Поэтому, когда, помолившись, выхожу на сцену, я испытываю великое счастье.

    — С днём рождения, Владимир Алексеевич…
    Источник: fontanka.ru



    Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.

    Вы также можете:

    • Перейти на главную и ознакомиться с самыми интересными постами дня
    • Добавить статью в заметки на: Добавить эту статью в TwitterДобавить эту статью ВконтактеДобавить эту статью в FacebookПоделиться В Моем Мире
    • Добавить на Яндекс

    • 0
    • 09 августа 2011, 09:30
    • tor

    Специальные предложения


    Резиновая плитка для пола «Модуль»

    Вулканизированная резина для пола в тренажерном зале обладает исключительной прочностью и укладывается как полы для занятий штангой и спортивные мобильные тяжелоатлетические площадки на улице. Покрытие не крошится и не впитывает влагу, это литая вулканизированная резина, не крошка! Покрытие послужит незаменимым полом в ангары для хранения мотоциклов, снегоходов, лодок, гидроциклов, катеров и яхт…

    Резиновое покрытие Трансформер «ЗЕРНО»

    Уникальное напольное покрытие из резины для быстрой и самостоятельной сборки пола в гараже. Полы в личном гараже Вы можете собрать своими руками, без привлечения строителей. Удобный предустановленный замок, позволит произвести монтаж резиновых плит без применения клея. Покрытие устойчиво к шипам, износу и проливу технических масел и бензина…

    Модульная плитка ПВХ для пола

    Модульная плитка ПВХ для пола в гараж, автосервис, цех, торгово-развлекательный центр, офис, фитнес и тренажерный зал, зрительный зал кинотеатра, склад. Модульные плитки ПВХ настолько просты в монтаже, что не требуют специальных навыков для своей установки. Неподготовленный человек может собрать более 100 кв.м. напольного покрытия за один рабочий день. Для сборки не требуется клей, цемент и другие крепежные материалы...


    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    +7 (495) 969-75-83

    Смотреть все предложения...

    Новостная сеть блогов MyWebS - это всё самое актуальное: основные мировые новости, лучшие фотографии из последних новостей. А также просто полезная и занимательная информация: о событиях в России, о достижениях в мире технологий, о загадочном и непостижимом, об исторических фактах и просто о знаменательных событиях.

    © Copyright 2010–2017